• Главная
  • Список книг
  • Список полных книг
  • Биография


  • таможенный брокер автомобили Cтраница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126Далее  СТАТСКИЙ СОВЕТНИК

    ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЭРАСТА ФАНДОРИНА - 7
    политический детектив
    АНОНС
    "КРУТО СВАРЕННЫЙ СЮЖЕТ ДЕТЕКТИВА, МИЛЫЙ ГЕРОЙ, ОЧАРОВАТЕЛЬНОЕ, УТЕШИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЯ,
    ОТЛИЧНАЯ СТИЛИЗАЦИЯ ТЕКСТА И ПРЕКРАСНОЕ ЗНАНИЕ РЕАЛИЙ".
    Коммерсант-Daily
    "ИНТЕЛЛИГЕНТНАЯ ПУБЛИКА ДАВНО УЖЕ ТОСКОВАЛА
    О КОМ-ТО ПОДОБНОМ. ОМЕРЗЕНИЕ, С КОИМ ОНА ОТВЕРГАЕТ
    ГРУБЫЕ ПОЛИЦЕЙСКИЕ ИСТОРИЙКИ, .. ДОЛЖНО БЫЛО БЫТЬ ВОЗНАГРАЖДЕНО ПОЯВЛЕНИЕМ ЛЕГКОГО, НО ИЗЯЩНОГО И ПОБУЖДАЮЩЕГО К РАЗМЫШЛЕНИЯМ ПИСАТЕЛЯ.
    ЕСЛИ БЫ БАКУНИНА НЕ БЫЛО,
    ЕГО СТОИЛО БЫ ВЫДУМАТЬ!"
    Афиша
    "КРЕПКОЕ ЖАНРОВОЕ НАЧАЛО ПРОДУКТИВНО СОЧЕТАЕТСЯ
    С АВТОРСКИМ. ЭТО РАВНО ДАЛЕКО И ОТ СКУЧНЫХ МИЛИЦЕЙСКИХ РОМАНОВ, И ОТ НОВОРУССКОГО УГАРА МОГУЧИЙ ВТОРОЙ ПЛАН. КРАСИВО, УМНО, СТИЛЬНО".
    Культ личностей
    "ТАКИЕ РАЗНЫЕ РОМАНЫ. НО ОТО ВСЕХ ВКУСНО ПАХНЕТ
    ВЕЛИКОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРОЙ. ВСЕ РАЗВИВАЮТСЯ ДИНАМИЧНО,
    ПО ЛУЧШИМ ЗАПАДНЫМ СТАНДАРТАМ. ВСЕ НА ОДНОМ ВЫСШЕМ УРОВНЕ ВЛАДЕНИЯ МАТЕРИАЛОМ, КАК ИСТОРИЧЕСКИМ, ТАК И ЛИТЕРАТУРНЫМ".
    Ех Libris НГ
    "ЕДИНСТВЕННЫЙ ДЕТЕКТИВ, СОЧЕТАЮЩИЙ ОСТРОУМНУЮ
    ПАРАДОКСАЛЬНОСТЬ СЮЖЕТА С БЛЕСТЯЩЕЙ СТИЛИЗАТОРСКОЙ МАНЕРОЙ".
    Известия
    "ГЛЯНЦЕВЫЕ РОМАНЫ БАКУНИНА МОГУТ ПРИМИРИТЬ С КОММЕРЧЕСКИМ ПИСЬМОМ ЛЮБИТЕЛЕЙ ИЗЯЩЕСТВА И СЛОВЕСНОСТИ".
    Время МН
    "ГЛЯНЦЕВАЯ СЛОВЕСНОСТЬ ОЧЕНЬ ВЫСОКОГО УРОВНЯ, ЮВЕЛИРНЫЙ СЮЖЕТ, ТОНЧАЙШАЯ СТИЛИЗАЦИЯ,
    БОГАТЫЙ КУЛЬТУРНЫЙ СЛОЙ, СИЛЬНЫЕ ЭМОЦИИ".
    Неприкосновенный запас
    "ЧИТАТЕЛЬ, ВЗЯВШИЙ В РУКИ ТРУД АКУНИНА, ДОЛЖЕН ЗНАТЬ НАПЕРЕД, ЧТО НИКАКИХ ДЕЛ ОН НЕ ПЕРЕДЕЛАЕТ, НИКАКИХ ТЕЛЕПРОГРАММ НЕ УВИДИТ И КО СНУ НЕ ОТПРАВИТСЯ РОВНО НА ТОТ ВРЕМЕННОЙ ОТРЕЗОК, ЧТО ПОТРЕБУЕТСЯ ЕМУ ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ ДЕТЕКТИВА ДО ПОСЛЕДНЕЙ СТРОКИ.
    БУДТО ЧЕРТ КАКОЙ СВИЛ ГНЕЗДО СВОЕ НА НЕУТОМИМОМ ПЕРЕ ПИСАТЕЛЯ И ЗАСТАВЛЯЕТ ЕГО ВЫПИСЫВАТЬ НЕЧТО ТАКОЕ, ЧТО И НЕ ВИДАНО НИКОГДА
    БЫЛО В ПРИРОДЕ. НАПИСАНО И ВПРЯМЬ ТАК,
    ДА ЕЩЕ ТАКИМ ЧИСТЫМ, ФИЛИГРАННЫМ РУССКИМ ЯЗЫКОМ, ЧТО ИЗГОТОВИТЕЛИ И ГОНИТЕЛИ МАКУЛАТУРНЫХ ВОЛН, КАКОВЫЕ САМОЗВАННО ДЕРЗАЮТ ИМЕНОВАТЬСЯ ПИСАТЕЛЯМИ, ДОЛЖНЫ ЛИБО ПОКОНЧИТЬ С СОБОЙ ПУТЕМ ВЫСТРЕЛИВАНИЯ ИЗ ПИСТОЛЕТА
    "ЛЕПАЖ" В ВИСОК, ЛИБО ЗАРЫДАТЬ, ОЧИСТИТЬСЯ И НАЧАТЬ РУГУЮ ЖИЗНЬ. ТРУД Б.АКУНИНА - ЖИВОЕ НАПОМИНАНИЕ О ТОМ,
    ЧТО НЕТ ВЫСОКИХ И НИЗКИХ ЖАНРОВ, А ЕСТЬ ХОРОШАЯ И ПЛОХАЯ ЛИТЕРАТУРА".
    Эхо Москвы
    ПРОЛОГ
    По левой стороне окна были слепые, в сплошных бельмах наледи и мокрого снега. Ветер кидал липкие, мягкие хлопья в жалостно дребезжащие стекла, раскачивал тяжелую тушу вагона, все не терял надежды спихнуть поезд со скользких рельсов и покатить его черной колбасой по широкой белой равнине - через замерзшую речку, через мертвые поля, прямиком к дальнему лесу, смутно темневшему на стыке земли и неба.
    Весь этот печальный ландшафт можно было рассмотреть через окна по правой стороне, замечательно чистые и зрячие, да только что на него смотреть? Ну снег, ну разбойничий свист ветра, ну мутное низкое небо - тьма, холод и смерть.
    Зато внутри, в министерском салон-вагоне, было славно: уютный мрак, подсиненный голубым шелковым абажуром, потрескивание дров за бронзовой дверцей печки, ритмичное звяканье ложечки о стакан. Небольшой, но отлично оборудованный кабинет - со столом для совещаний, с кожаными креслами, с картой империи на стене - несся со скоростью пятьдесят верст в час сквозь пургу, нежить и ненастный зимний рассвет.
    В одном из кресел, накрывшись до самого подбородка шотландским пледом, дремал старик с властным и мужественным лицом. Даже во сне седые брови были сурово сдвинуты, в углах жесткого рта залегла скорбная складка, морщинистые веки то и дело нервно подрагивали. Раскачивающийся круг света от лампы выхватил из полутьмы крепкую руку, лежавшую на подлокотнике красного дерева, сверкнул алмазным перстнем на безымянном пальце.
    На столе, прямо под абажуром, лежала стопка газет. Сверху - нелегальная цюрихская "Воля народа", совсем свежая, п
    Design created by FordogeN