• Главная
  • Список книг
  • Список полных книг
  • Биография


  • Cтраница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86Назад Далее  ПРОЕКТ ОБЩИЙ ТЕКСТ TEXTSHAREасставаться с версией об английских происках. А генерал Соболев, как видите, и после моих пространных объяснений все еще не убежден.
    Соболев упрямо покачал головой:
    - Мы дослушаем вас, Фандорин, а потом дадим высказаться Шарлю. Разбирательство не может состоять только из речи прокурора.
    - Merci, Michel, - коротко улыбнулся д'Эвре. - Comme dit l'autre, a friend in need is a friend indeed(1). Один вопгос для monsieur procureur(2). Почему вам вообще взбгело в голову меня подозгевать? Au commencement(3)? Удовлетвогите мое любопытство.
    - Ну как же, - удивился Эраст Петрович. - Вы проявили такую неосторожность. Нельзя же до такой степени бравировать и недооценивать противника! Стоило мне первый раз увидеть вашу подпись в "Ревю паризьен" d'Hevrais, и я сразу вспомнил, что наш главный оппонент Анвар-эфенди, по некоторым сведениям, родился в боснийском городке Хевраис. D'Hevrais, "Хевраисский" - это, согласитесь, слишком уж прозрачный псевдоним. Это, конечно, могло оказаться случайным совпадением, но так или иначе выглядело подозрительно. Должно быть, в начале вашей журналистской деятельности вы еще не предполагали, что маска корреспондента может вам понадобится для акций совсем иного рода. Я уверен, что вы стали писать для парижской газеты из вполне невинных соображений: давали выход вашим незаурядным литературным способностям, а заодно пробуждали в европейцах интерес к проблемам турецкой империи и, в особенности, к фигуре великого реформатора Мидхат - - -------------------(1) Благодарю, Мишель. Как говорится, друзья познаются в беде (фр. и англ.) (2) господина прокурора (фр.) (3) Первоначально? (фр.) паши. И вы неплохо справились с задачей. Имя мудрого Мидхата фигурирует в ваших публикациях не менее полусотни раз. Можно сказать, именно вы сделали пашу популярной и уважаемой личностью во всей Европе и особенно во Франции, где он, кстати, сейчас и пребывает.
    Варя вздрогнула, вспомнив, как д'Эвре говорил о горячо любимом отце, живущем во Франции. Неужели все это правда? Она в ужасе взглянула на корреспондента. Тот по-прежнему сохранял полнейшее хладнокровие, но его улыбка показалась Варе несколько вымученной.
    - Кстати говоря, я не верю, что вы предали Мидхат-пашу, - продолжил титулярный советник. - Это какая-то тонкая игра. Сейчас, после поражения Турции, он вернется назад, осененный лаврами страдальца, и снова возглавит правительство. С точки зрения Европы, фигура просто идеальная. В Париже его просто носят на руках. - Фандорин дотронулся рукой до виска, и Варя внезапно заметила, какой у него бледный, усталый вид. - Я очень торопился вернуться, но триста верст от Софии до Германлы у меня заняли больше времени, чем полторы тысячи верст от Парижа до Софии. Тыловые дороги - это неописуемо. Слава Богу, мы с Лаврентием Аркадьевичем успели вовремя. Как только генерал Струков сообщил, что его превосходительство в сопровождении журналиста д'Эвре отбыли в Сан-Стефано, я понял: вот он, смертельный ход Анвара-эфенди. Неслучайно и телеграф перерезан. Я очень испугался, Михаил Дмитриевич, что этот человек сыграет на вашей лихости и честолюбии, уговорит вас войти в Константинополь.
    - И что же вы так перепугались, господин прокурор? - иронически спросил Соболев. - Ну, вошли бы русские воины в турецкую столицу, так что с того?
    - Как что?! - схватился за сердце Мизинов. - Вы с ума сошли! Это был бы конец всему!
    - Чему "всему"? - пожал плечами Ахиллес, но Варя заметила в его глазах беспокойство.
    - Нашей армии, нашим завоеваниям, России! - грозно произнес шеф жандармов. - Посол в Англии граф Шувалов передал шифрованное донесение. Он собственными глазами видел секретный меморандум Сент-Джемсского кабинета. Согласно тайной договоренности между Британской и Австро-Венгерской империями, в случае появления в Константинополе хотя бы одного русского солдата, броненосная эскадра адмирала Горнби немедленно открывает огонь, а австро-венгерская армия переходит сербскую и русскую границы
    Design created by FordogeN