• Главная
  • Список книг
  • Список полных книг
  • Биография
  • В Мир-раций есть рации Icom, авиационные рации.

    диктофоны ,профессиональные диктофоны

    Cтраница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112Назад Далее  ВНЕКЛАССНОЕ ЧТЕНИЕлов родительской самоотверженностью не восхитился, равнодушно пожал плечами:
    - Гляди. Мне что одного похерить, что двоих. Только не будь еще глупей, чем я про тебя думаю. Чем лишиться всего, лучше потерять часть. У тебя ведь есть и другой сын. Решай, Карпов. У меня театры разводить времени нет. Желаешь умереть - умрешь. Хочешь жить - поедешь, со мной в Питер. Жену и старшего сына бери с собой. Для начала выговорю тебе чин статского советника, да в память о царицыном воспитаннике тысячонку душ. Для утешения. Но это пустяки. Скоро свершится некое событие, после которого мой помощник получит всё, что пожелает - хоть графский титул, хоть министерство. Только служи верно, не двурушничай.
    - Графский титул? - повторил Алексей Воинович. - Ми... министерство? И вдруг перестал быть красивым.
    - Да. Или смерть. Выбирай. Папенька всё еще прижимал сына к себе, но как-то рассеянно, без прежней горячности. - Но... но что я скажу супруге, родившей в муках это дитя?
    Взглянул на Митю сверху вниз - боязливо, словно не на живого человека, а на покойника.
    Маслов отмахнулся:
    - Насколько я успел узнать твою жену, ей можно набрехать что угодно. Через месяц она и не вспомнит, что у нее было два сына, а не один. О, твоей Аглаюшке будет чем себя занять в Санкт-Петербурге.
    По лицу Карпова-старшего ручьем потекли слезы.
    - Бог свидетель, я имел о тебе попечение самого нежного отца, но что я могу сделать? - зарыдал он, обнимая сына. - Ты же слышал, его превосходительство говорит, что ты всё равно обречен. Так не будь жестокосерден, не разрывай мне сердце. Подумай о матери, о брате, о твоем любящем отце наконец!
    И Митридат понял, что в самом деле обречен, теперь уже окончательно и бесповоротно. И заплакал. Но не от страха, а от невыносимой печали.
    Папенька разомкнул объятья, сделал шажок в сторону. Осторожно вытянул руку, погладил сына по голове.
    - Бедное дитя! Ты ни в чем не виновато! Истинно говорят, что рано созревшие дарования не живут долго. Плачь, плачь! Ах, сколь мало наш рассудок способен предотвратить уготованные нам удары Фортуны и еще менее пригоден для нашего утешенья!
    Глава двадцать первая
    СОЛНЕЧНЫЙ УДАР
    - Утешайтесь тем, что скоро всё кончится, - шепнул Макс, из чего Николас понял, что физиономия у него, должно быть, бледная и перевернутая.
    Команда покинуть квартиру поступив всего минуту назад. Оба мобильных телефона зазвонили одновременно: один у Макса, второй у Фандорина.
    - Тут была задержка, - раздался в трубке мягкий, приглушенный голос Игорька. - Председатель комиссии опоздал. Теперь всё нормально. Вперед. Телефон всё время держите возле уха. Я предупредил ассистентку Ястыкова: если связь прерывается, не важно по какой причине, хоть бы даже технической, договору конец. Не молчите, всё время что-нибудь говорите, а я буду информировать вас о ходе торгов.
    "Задержка" была нешуточной - почти полчаса, и с каждой минутой напряжение в прихожей, где заложники и охрана дожидались сигнала, возрастало.
    Жанны не было, она состояла при своем боссе и руководила операцией по телефону. Николаса и Миранду опекали двое старых знакомых, Макс и Утконос. Поначалу Фандорин усмотрел в малочисленности стражи хороший признак, но по мере того, как пауза затягивалась, всё более крепла другая версия, нехорошая: это охраны должно быть много, а вот киллеров вполне достаточно и двоих. Магистр изо всех сил улыбался Мире и даже подмигивал - мол, всё хорошо, всё идет по плану, а сам уже готовился к худшему.
    Когда враз затрезвонили телефоны, Николас чуть не вскрикнул от облегчения.
    Сразу же вышли на освещенную солнцем лестницу: впереди Утконос, придерживающий за локоть Миру, потом, в такой же сцепке, Фандорин с Максом.
    Тогда-то Николасов надзиратель и прошептал неожиданные слова утешения. А еще прибавил:
    - Идем медленно и, пожалуйста, без самодеятельности. Помните, что жизнь девчушки в ваших руках. У меня инструкция: если что, валить ее первой.
    По улице
    Design created by FordogeN