• Главная
  • Список книг
  • Список полных книг
  • Биография


  • навесные вентилируемые фасады вентилируемые фасады
    советы выбор жк телевизора советы выбор Cтраница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118Назад Далее  Смерть Загуляя

    жение совершенно не имеет…
    — Она это, англичанка, больше некому, — прервал его сбивчивые уверения один из гостей. — И умысел, право, какой-то нерусский. Не просто взять и убить, а сердце человеку надорвать. Больно мудрено для православного. Да что говорить, дело ясное.
    Спасенный присовокупил:
    — Очи имущи да видите, уши имущи да слышите.
    — Ах, перестаньте, что за чушь! — к мисс Ригли подошла Наина Георгиевна и взяла ее за руку. — Don’t listen to them. They do not know what they are saying1. — Оглянувшись, барышня окинула всех ненавидящим взглядом. — Уж и приговор вынесли! Я Джаннету в обиду не дам!
    Англичанка всхлипнула и благодарно припала лбом к плечу своей воспитанницы.
    — Однако, Наина Георгиевна, это не в вашей власти — предотвратить полагающееся по закону разбирательство, — заметил предводитель. — Мы, разумеется, понимаем и уважаем ваши чувства, однако же пускай полиция разбирается, имеется ли в этой истории состав преступления и кто несет ответственность. По моему глубокому убеждению, здесь именно преступление, и трактоваться оно должно как покушение на убийство. Уверен, что так же решит и суд присяжных.
    — Это каторга? — в ужасе пискнула мисс Ригли, затравленно оглядываясь по сторонам. — Сибирь?
    — Да уж не Брайтон, — зловеще ответил предводитель, гордившийся знанием европейских курортов.
    Англичанка опустила голову и тихо заплакала, видно, уже ни на что не надеясь. Наина Георгиевна, вся порозовев от негодования, обняла ее за плечи и стала нашептывать что-то утешительное, но мисс Ригли только горько повторяла:
    — Нет-нет, я здесь чужая, the Jury will condemn me2…
    Сестра Пелагия, сердце которой разрывалось от этой жалостной сцены, с мольбой взглянула на преосвященного. Тот успокоительно кивнул. Стукнул посохом по полу, кашлянул, и все сразу замолчали, почтительно к нему обернувшись.
    — Оставьте эту женщину, — пророкотал владыка. — Она невиновна.
    — Но как же завещание, ваше преосвященство? — Предводитель развел руками. — Ведь первый следственный принцип: ^macro[tip;cui prodest;/[Ищи,/ кому выгодно (лат.)].
    — Граф Гавриил Александрович, — наставительно погрозил ему пальцем епископ, — пироги должен пекчи пирожник, ваше же дело — попекаться о нашем дворянстве, а не дознаниями заниматься, к чему у вас, уж не прогневайтесь, и предрасположения никакого нет.
    Предводитель смущенно улыбнулся, а Митрофаний так же неспешно продолжил:
    — Не следовало бы пренебрегать заверениями сего молодого человека и девицы, знающих эту особу чуть не от своего рождения. А если вам того недостаточно, то извольте: первого пса погубили, когда завещание еще не было переделано на госпожу Ригли. Где ж тут, Гавриил Александрович, ваш prodest, а?
    — Хм, верно! — щелкнул пальцами непочтительный Поджио. — Владыка-то остер.
    Вконец сконфуженный предводитель развел руки еще шире:
    — Но позвольте, кто же тогда переубивал собак? Или это так и останется сокрытым тайной?
    Молчание было столь напряженным, взгляды, со всех сторон обращенные к архиерею, были полны таким ожиданием, что Митрофаний не вынес соблазна.
    — От людей сокрыто, да Богу ведомо, — сказал он веско. — А от Него и служителям Его.
    Тут уж в гостиной всякое шевеление прекратилось. У дверей, схватившись обеими руками за тесемку белого передника, замерла горничная Таня. Скептически склонил голову Бубенцов. Мисс Ригли потянулась платочком вытереть слезы, да и замерла. Даже гордая Наина Георгиевна смотрела на владыку, будто завороженная.
    Митрофаний взял за руку Пелагию, вывел на середину комнаты.
    — По моему наказу здесь несколько дней прожила сестра Пелагия, мое зоркое око. Велю тебе, дочь моя, рассказать этим людям то, что ты выявила. Дело это слишком взбудоражило умы и замутило души, так что не будем с тобой келейничать.
    Пелагия опустила глаза и подвигала вперед-назад по переносице очки, что являлось у нее признаком неудовольствия, но сердиться на владыку ей было невместно. Оставалось только
    Design created by FordogeN