• Главная
  • Список книг
  • Список полных книг
  • Биография


  • Cтраница: 1 2 3Далее  СТРАСТЬ И ДОЛГ

    Действительный тайный советник Гавриил Львович Курятников, запахнув
    полы подбитого ватой шлафрока - утро выдалось прохладное, - тихонько
    приоткрыл дверь казенной квартиры и спустился на скоростном лифте к
    почтовому ящику. Повернул ключ, вынул пачку свежих газет. Первым делом
    осторожно и брезгливо, как ядовитую змею, вытянул свежий номер
    "Московского богомольца" и зашуршал серыми страницами. На первой полосе
    любимой москвичами газеты во весь лист красовался заголовок вершковыми
    буквами: "ЕГО ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВО ЛЮБИЛ ДОМАШНИХ ПТИЦ". И ниже, мельче, но
    все равно крупно: "Скандальные показания девиц легкого поведения против
    генерального прокурора Курятникова". Гавриил Львович застонал и
    покачнулся, схватившись рукой за высокий лоб. Разорвать, немедленно
    разорвать этот бульварный листок.
    "Ведомости народных депутатов", как и подобает газете умеренного и
    респектабельного направления, поместили новость на второй странице и
    мелким шрифтом. Бог даст, Полинька не заметит - она всегда сразу
    перелистывает на страницу светской хроники и культуры. С "Русским словом"
    и "Московским созерцателем" тоже обстояло благополучно - редактора этих
    изданий относились к позиции Гавриила Львовича с уважением.
    Истребив пасквильного "Богомольца", его превосходительство аккуратно
    свернул остальные газеты и положил их обратно в ящик. Вот проснется
    Полинька, выпьет кофею и спустится за свежей прессой. Теперь можно, не
    страшно. С тех пор как начался весь этот кошмар, телевизионные новости в
    доме, не сговариваясь, смотреть перестали - только голливудский сериал
    "Скорая помощь" и канал "Культура". Радио тоже не слушали.
    О кошмаре в семье говорить было не принято - будто не было его, и все
    тут. Первые недели Полина Аполлоновна ходила вся почерневшая и смотреть на
    супруга избегала, а потом преодолела себя, поняла, что, если еще и она
    мужа казнить станет - сломается Гавриил Львович, не выдержит. Не то чтобы
    даже пожалела его, клятвопреступника и блудодея, нет. Просто вспомнила о
    долге. Ведь одно дело - Ганечка, слабости и грехи которого за долгие годы
    замужества она изучила слишком даже хорошо, и совсем другое дело -
    генеральный прокурор Курятников, государственный муж и человек чести. То
    есть, конечно, было совершенно очевидно, что женского прощения Гавриилу
    Львовичу не дождаться никогда, но уважения супруги он, по крайней мере, не
    утратил. Как и своего собственного.
    Да, слаб и грешен. Знал это за собой всю жизнь, еще с Пажеского
    корпуса, когда после вечерней молитвы лазил через забор и до рассвета
    пропадал в дешевых домах терпимости на Лиговке.
    Страшный, сильный бес, имя которому сладострастие, с младых ногтей
    терзал плоть и душу Гани Курятникова лютым соблазном. По молодости лет
    справляться с напастью Гавриил Львович не умел вовсе и не раз попадал
    из-за своей пылкой влюбчивости и африканской чувственности в рискованные
    истории. Как только на юридическом поприще удержался - загадка. Верно,
    берег Курятникова ангел-хранитель, мощнокрылый Гавриил, от гибели, для
    некоей великой цели. А гибель по временам ходила близехонько. До сих пор в
    сырую погоду давал себя знать кусок свинца, засевший под правым локтем, -
    напоминание о давней дуэли со вторым секретарем Свято-Даниловского райкома
    из-за золотоволосой лорелеи замзаворг-сектором. Да и позже, уже в
    Первопрестольной, случалось всякое - хлебнула Полина Аполлоновна, тогда
    еще просто Полинька, и горя, слез, и сердечных обид.
    Но годам к тридцати, когда другие сластолюбцы только-только начинают
    втягиваться в Большой Разврат, свершилась с Курятниковым разительная
    перемена. Долг оказался сильнее чувственности. Вдруг дошло до Гавриила
    Львовича, что человек, избравший дорогу прав
    Design created by FordogeN