Р‘иблиотека Бориса РђРєСѓРЅРёРЅР°     ГлавнаяСписок РєРЅРёРіРЎРїРёСЃРѕРє полных книгБиография
  ЗЕРКАЛО СЕН-ЖЕРМЕНА

Cтраница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18t; все будет по понтам, они сначала ржали. Прикалывали друг
друга, типа: "Лорнет вам в грызло, сударь". А теперь ничего, в кайф пошло.
Биксы, в смысле барышни, балдеют и бакланов, пардон, деловых партнеров,
тоже пробирает. Легче отстегивать стали. Супер, шик!
Томский: Дело не в шике, Nicolas. Главное, чтобы человек имел понятие
о чести и жил в соответствии с ним.
Колян: Само собой. Жить надо по понятиям, без них беспредел.
Томский: Простите, я вас перебил. Вы начали говорить о наших
конкурентах. О господине Хрюке, если не ошибаюсь? Вы послали ему мой вызов?
Колян: На стрелку? Послал. Хрюка сразу в портки, экскюзе муа, в
панталоны наложил, Проблем нет, отдает и лотки, и палатки.
Томский: Очень любезно с его стороны.
Колян: Еще бы! После того, как вы на прошлой стрелке, пардон, на
дуэли, Лехе Череповецкому во лбу пять дырок нарисовали...
Томский: Да, трефового туза. Заметьте, с двадцати пяти шагов и из
незнакомого пистолета.
Колян: Ага. Засадили Череповецкому пять дуль в Череповец. Умора!
Юнкера в лежку лежали. Щас вобще с бизнесом хорошо пошло. Все перед
"Конкретикой" прогинаются.
Томский (поворачивается к. иконе, истово крестится): Не оставляет
Господь. Эх, Nicolas, друг мой, нет пророка в своем отечестве. Как часто
современники неспособны оценить талант. В девятнадцатом, то есть я хочу
сказать, в двадцатом веке, с коммерцией у меня получалось гораздо хуже, но
я всегда знал, что здесь (показывает на лоб) заложена огромная потенция.
Всему свое время. Юнкера на молебне были? Колян: Ну. Кто не ходит, я рыло
чищу Томский: Если по-отечески, то можно. Вот еще что, mon ami, я просил
распорядиться насчет ложи в опере на сегодняшний вечер для меня и Клавдии
Владленовны. Что нынче дают? Колян: Этого, блин, "Севильского цирюльника".
Томский: Вы уже были? Как вам постановка? Колян: Да, зашли с господами
юнкерами, посидели. Сначала вроде ничего, вот это: "Пора по бабам, пора по
бабам". Томский (подхватывает дальше из увертюры):
Наа-на-на, наа-на-на, наа-на-на, наа-на-на-на-на-на-на.
Поют хором дальше.
Колян: А потом че-то не пошло. Есть пара-тройка хитов, остальное
фанера.
Томский: Да, мне из Россини тоже больше по вкусу "Вильгельм Телль".
Колян: Какой базар.
Томский (вздыхает): Правильнее было бы сказать:
"Я с вами совершенно согласен, Владимир Георгиевич" или: "Я
придерживаюсь того же мнения".
Колян (старательно): Я, Вован Георгич, придерживаюсь чисто того же
мнения.
Томский страдальчески хватается за виски.
Свет гаснет.
Светлое воскресенье
(1901 РіРѕРґ)
Та же комната с некоторыми изменениями. На письменном столе появился
новый предмет: деревянный лакированный ящик, формой и размером похожий на
компьютер. Посередине комнаты пул с разноцветными шарами. Велотренажер,
сделанный из старинного трипеда. Рядом две чугунные гири. В углу пианола,
выкрашенная в красный цвет и с надписью YAMAHA.
Томский, Солодовников и Зизи. У Томского исчезли усы и пробор теперь
у него прическа с чубом и подбритым затылком, как была у Вована. Одет он в
красный сюртук с золотыми пуговицами и зеленую жилетку. Сияет толстая
золотая цепь от карманных часов.
Доносится перезвон пасхальных колоколов. Все поочередно христосуются.
Солодовников: Костя, душа моя, ты мне стал просто как сын. Честно,
без понтов. Вот подарочек тебе к Светлому Воскресенью. Заказал самому
Фаберже. Ничего, с таких-то барышей не обеднею. Вот-с, из червонного
золота.
Достает из коробки огромное золотое яйцо, раскрывает его. Механизм
играет мелодию "Ты скажи, ты скажи, че те надо, че те надо".
Вован: Круто! Ну, Веник! Дай чмоку всажу.
Обнимает и целует Солодовникова.
Солодовников (целуясь с Военном): Христос во
Назад Р”алееСтраница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

 

      Р’СЃРµ представленные материалы выложены лишь для ознакомления. Для использования РёС… РІ коммерческих целях свяжитесь СЃ правообладателями.
РЎРІСЏР·СЊ